Художники пишут картины прямо в галерее

Пятеро художников группы «Чингисхан» на этой неделе оккупировали Уфимскую художественную галерею. Василь Ханнанов, Мидат Мухаметов, Расих Ахметвалиев, Рафаэль Муратшин и Ринат Харисов пишут картины для предстоящей выставки в Москве. Картины большие — 2.50 на 1.80, и этим объясняется выбор места: столь большие подрамники трудно разместить в обычных мастерских.  Решили из этого сделать акцию «Сотворение» — и в смысле со-творение, совместное творчество, и в другом смысле — сотворение миров. Демиургов за работой, разговорами и чаепитием беспрерывно пишут камеры наблюдения, а потом  этот видеоматериал будет крутиться на экранах в выставочном зале в Центральном доме художника.
Каждый задумал по две работы. Например, Рафаэль Муратшин творит «Сушу» и «Воду»:
— В этот раз хочу попробовать без кистей, без всяких приспособлений, прямо руками краску наносить. А что — быть может, Господь сам вот так же землю и воду сделал, — пошутил художник.
— Это чистая интуиция, — с удовольствием признался Мидат Мухаметшин, окуная в ведерко с краской малярную кисть. Он трудится над «Матерью степей» и «Камнем».  —  Никаких законов, никаких принципов. Вот как меня поведет сейчас, так и сделаю.
Поначалу были планы и даже эскизы. Но процесс настолько захватывает, утверждают художники, что первоначальный замысел порой радикально меняется. Особенно сильно он изменился у Василя Ханнанова.
— В последнее время я стал замечать, что в моих работах слишком много ума и слишком мало чего-то интуитивного, — рассказал Василь. —  Хотелось бы родить что-то стихийное, абсолютно свободное от всяких наслоений.
Поэтому художник привлек к работе младшего сына Тамерлана — может, детская непосредственность станет плодотворным импульсом?  В центре работы был силуэт человека: Василь уложил натурщика на холст и обвел абрис. Однако на следующий день венец творения скрылся под полоской чистого холста.
— Не пошло, — объявил художник. — Ничего уж с этим не поделаешь, если картина сама не хочет. Вот теперь думаю… а что, если ее изнанкой повернуть? Получится, что человек как бы проступает из черноты холста… В этом что-то есть… — мысли живописца немедленно облеклись в идею, а за идеей замаячили философские концепции.
Поистине, можно приобрести ум. Но избавиться от него — трудная задача даже для опытного Творца.